Кирико и Дуйсбург решили остаться в Пушкинском музее

Известный коллекционер Никита Лобанов-Ростовский передал в дар Пушкинскому музею два полотна. Джорджио де Кирико 1916 года дополнит картины, уже имеющиеся у музея, а маленькая гуашь Тео Ван Дуйсбурга положит начало коллекции музейных работ этого художника, работавшего в абстрактном стиле неопластицизма и входившего в объединение «Стиль» Поля Мондриана начала ХХ века в Голландии. Дар сделан в честь директора Пушкинского музея Ирины Антоновой, 20 лет назад устроившей первую российскую выставку собрания Лобановых-Ростовских в Пушкинском музее. В благодарственном слове Ирина Антонова назвала отношения музея и семьи коллекционера «куражирующими» и выразила надежду, что когда-нибудь вся коллекция семьи Лобановых-Ростовских перейдет в Пушкинский музей. «В тот срок и в той форме, как это будет удобно тем, кто коллекцию собирал», — заметила Антонова. А министр культуры вручил Лобанову-Ростовскому диплом действующего члена Петровской академии наук и искусств.

Подаренная картина Кирико «Меланхолия поэта» — лирический привет от человека, чья жизнь была полна бытового сюрреализма, как на полотнах Кирико, сюрреализм предвозвестившего. Кирико наполнял самые обыденные ситуации ощущением опасности и ирреальности — за Лобанова-Ростовского это делала жизнь.

Род Лобановых-Ростовских ведет родословную от Рюрика. Аристократизм в Никите Дми¬триевиче счастливо соединяется с бизнесом: нынешний коллекционер был в свое время геологоразведчиком, петрографом (специалистом по минералам), банкиром, консультантом аукционных домов «Кристис» и «Сотбис» поочередно. Энергии в этом человеке всегда было вдвое больше обычного: после тюрьмы врач посоветовал много заниматься спортом для здоровья. И чемпион Болгарии по плаванию среди юношества в 50-х спустя десятилетия узнал себя в одном из героев фильма «Восток—Запад»: Лобанов-Ростовский готовился уплыть из Болгарии, где родился, через пограничные воды. Плыть не пришлось: Сталин скончался, Берию расстреляли, из Болгарии стали выпускать.

Неопластицизм в работах голландца Ван Дуйсбурга предполагал создание новой картины мира, во многом утопической. Квадрат как очертание пространства прописывался современному человеку обязательно, как крест христианам. Наша жизнь, выложенная по квадратам комнат и площадей, подтверждает этот рецепт. Как и для Дуйсбурга, живопись для Лобанова-Ростовского — это средство самопознания, прозрение будущих миров. Сюрреализм Кирико и утопии Дуйсбурга — есть ли отвлечения более необязательные и потому необходимые воздуху души в серой коме февраля?

Картины будут выставлены в Пушкинском музее.