Пермский прозаик Алексей Иванов без рекламных бюджетов, превосходящих размахом уездные, старым, хорошо забытым в России способом (это когда один студент другому говорит: «Чума-а! Прочти обязательно!») набирает теперь 100-тысячные тиражи. Его «современные» книги «Общага-на-крови», «Географ глобус пропил», «Блуда и МУДО» хорошо известны. Но главными на сегодня романами Иванова читатель счел «Сердце Пармы» и «Золото бунта» (эти книги о XV и XVIII веках не хочется называть историческими: слишком живая, сегодняшняя мысль бьется в них). Издательство «МедиаКнига» выпускает прозу Алексея Иванова в набирающем популярность аудиоформате. Пока «аудиализированы» три романа — «Сердце Пармы», «Золото бунта» и «Географ глобус пропил».Среди ста тысяч читателей Алексея Иванова оказался и Анатолий Чубайс. О «Золоте бунта» и «Сердце Пармы» глава РАО «ЕЭС России» говорил с истинным азартом.«Новая газета» с живым интересом записывала. Мы и сами любим эти книги.— Анатолий Борисович, вы знакомы с романами Алексея Иванова?— Еще как знаком. Могу сказать, что для меня это было такое потрясение, каковых немного случалось за последние 15 лет…Потрясение одновременно и художественное и — уж не знаю, как правильно сказать, — познавательное, общекультурное. Я мало что мог бы поставить рядом с впечатлениями от книг Алексея Иванова. Прежде всего говорю о двух книгах: «Чердынь, княгиня гор» (другое название романа — «Сердце Пармы») и «Золото бунта».Если попытаться описать эти впечатления, то прежде всего — совершенно потрясающий русский язык. И дело даже не в количестве забытых слов, которые вернул Алексей Викторович, дело в самом строе языка, богатство которого дает наслаждение. Но, помимо чисто филологической ценности, книги Иванова, пользуясь избитым выражением, это — «энциклопедия русской жизни». В одном случае — на рубеже XV—XVI веков, а в другом случае — XVIII века. Кстати говоря, язык разный — XV век и XVIII век. Естественно, и разная жизнь.Вот эта глубина понимания и воссоздания русской жизни того времени — она просто поразительна. Начиная с образа мышления и кончая технологиями производственными, промышленными, которые особенно сильно описаны в книге «Золото бунта». Собственно, тогда и создавалась основа промышленного Урала. Что еще поражает — удивительное чувство правды. Основная ткань поражает правдой.И что для меня особенно важно: писатель преодолел абсолютную, всеобщую, тотальную «москвоцентричность» в описании России. У нас у всех в головах, собственно, заложена вся история страны, которая видится из Москвы, — явно или неявно. Что является, в лучшем случае, одной из сторон правды. Другая сторона правды открывается, когда видишь Россию, например, из Перми. Или из Сибири, или с Дальнего Востока. Вот Алексей Иванов ровно это и сумел сделать.И для меня это — новый исторический взгляд, который совершенно по-другому показывает, что такое настоящая Россия. Иначе понимаешь, что такое коренные народы и отношения их с русскими, что такое война между русскими и — русскими, но иными. Что такое православие в нашей истории… И многое другое.Мне кажется, что за Алексеем Ивановым стоит какая-то поразительная мощь — историческая и художественная. И, на мой взгляд, это явление — не краткосрочное, а долгосрочное.— А как вы относитесь к проекту по истории Пермского края, в котором участвует Алексей Иванов?— Если бы писателю удалось, хотя бы отчасти, язык художественной прозы перевести на язык видео, это было бы очень сильно. Хорошо известно, что все равно у нас в стране книга — для десятков тысяч, а телевизор — для десятков миллионов. Именно поэтому мне очень хочется, чтобы проект по истории Пермского края получился.— Как вы читаете: в бумажном варианте, на компьютере? Или слушаете аудиокниги?— Большей частью слушаю, и много. Я вообще считаю себя одним из первооткрывателей жанра аудиокниги — в качестве пользователя, конечно. Еще когда это было совсем малопопулярно, я переписывал их в телефон и слушал. Прослушал много крайне полезных книг.Собственно, аудиокнига, на мой взгляд, — это такой современный жанр, который дает возможность людям, не имеющим физически времени на чтение, получить доступ к этому богатству.Хотя как раз книги Алексея Иванова я не прослушал, а прочитал.