20 ноября Конституцион­ный суд России защитил права людей, которые признаны душевнобольными и находятся под следствием или направлены для принудительного лечения в психбольницы. Многие десятилетия следственная, судебная и пенитенциарная практика в России состояла в том, что на всех этих стадиях права психически больных людей ограничивались в гораздо большей степени, чем психически здоровых.

Любой подследственный или осужденный может заявлять ходатайства и отводы, подавать жалобы, оспаривать судебные решения. Душевнобольной всех этих возможностей лишен. Уголовно-процессуальное законодательство не запрещает ему защищать себя общедоступными способами, но лукаво умалчивает о такой возможности. Естественно, это умолчание следствие, суд и лечебно-пенитенциарные учреждения трактуют как невозможность пользоваться общепризнанными правами.

Так, например, Уголовно-процессуальный кодекс приводит перечень участников процесса, которые могут подавать надзорную жалобу на вступившие в законную силу решения суда. Душевнобольных, направленных судом на принудительное лечение, среди них нет. Имеется в виду, что жалобу за них может подать их законный представитель или защитник. Закон даже допускает рассмотрение уголовного дела в отсутствие подсудимого, если судебно-психиатрическая экспертиза вынесла заключение о его психическом заболевании. Фактически человека лишают его законных процессуальных прав.

И, конечно же, после вынесения судебного решения человек, признанный невменяемым, фактически не может подавать ходатайство о прекращении принудительных мер медицинского характера и не может подавать кассацию.

Сергей Абламский из Брянска, обвинявшийся в клевете, подал надзорную жалобу. Областной суд вернул ее, не рассмотрев, указав, что заявитель по заключению судебно-психиатрической экспертизы нуждается в принудительном лечении.

Ольга Лобашова из Ярославля, уже находясь на принудительном лечении (ее обвиняли в насилии по отношению к представителю власти), подала надзорную жалобу и ходатайство о прекращении принудлечения. Ей все вернули, не рассмотрев по существу. Та же участь и по тем же основаниям постигла и Владислава Матвеева из Новосибирска.

Конституционный суд признал не соответствующими Конституции России те положения восьми статей УПК РФ, которые не позволяют лицам, в отношении которых осуществляется производство по применению принудительных мер медицинского характера, лично знакомиться с материалами уголовного дела, участвовать в судебном заседании, заявлять ходатайства, инициировать рассмотрение вопроса об изменении и прекращении применения этих мер и обжаловать принятые по делу процессуальные решения.

Кроме того, КС постановил пересмотреть уголовные дела всех троих заявителей.