Сюжеты · Культура

Ставка на балкон

Театральный бинокль

Этот материал вышел в № 14 от 26 Февраля 2007 г.
Читать номер

Этот материал вышел в
№ 14 от 26 Февраля 2007 г.

21:00, 25 февраля 2007Екатерина Васенина, корреспондент отдела культуры
views

205

21:00, 25 февраля 2007Екатерина Васенина, корреспондент отдела культуры
views

205

Театр начинается с капельдинера. Но женщинам, встречающим зрителей на входе в театр, не очень нравится это слово. Старомодное, говорят, и нерусское. «Мы — билетеры». Капельдинерами были мужчины в довоенном театре.Значит, этот текст про…

Театр начинается с капельдинера. Но женщинам, встречающим зрителей на входе в театр, не очень нравится это слово. Старомодное, говорят, и нерусское. «Мы — билетеры». Капельдинерами были мужчины в довоенном театре.
Значит, этот текст про билетеров — тех, кто помогает найти свое место в зале и дорогу к буфету, продает программки, рассказывает об актерах. Они хранят много историй — театральных и личных. Было особенно интересно узнать, как на глазах менялась театральная публика.

Тайны театральной социологии нам приоткрыли билетеры Театра имени Вахтангова, М.Х.Т. имени Чехова, Центра имени Мейерхольда.

Фаина Захаровна КРИЧЕВСКАЯ , Театр имени Вахтангова:

Влюбленных в зале мало

— До того как стать вахтером, сорок лет отработала геодезистом. Внуковский аэродром знаете? Я работала в «Аэропроекте», мы исследовали местность под застройку аэродрома. Там был сплошной лес, нам в помощь привезли машину заключенных. Мы задавали направление просеки, они рубили. Заключенные не политические, бытовые: напился, подрался, украл. Молодой мальчишка работал у меня. «За что тебя посадили?». — «Подол задрал девчонке».

Наш отдел инженерных изысканий был недалеко от Вахтанговского театра, в Калошином переулке. Собираясь на пенсию, шла мимо театра, зашла, и меня взяли.

Сейчас у нас билетеры — культурный народ, а в то время, в начале 70-х, малограмотные женщины работали. Зарплата была маленькая — 70 рублей. Я как геодезист получала 220.

Когда я начинала работать, очередь в кассу занимали с вечера, часто были драки. Сейчас этого нет, народ стал заметно обеспеченнее. Больше народу стало ходить, чем в 90-е, дорогие билеты лучше раскупаются.
В поведении публики разницы особой не вижу. Всегда в основном театралы, но часто привозят автобусы из других городов, да и случайная публика не редкость. Зритель актерам часто не может сказать спасибо, и спасибо говорят нам. А однажды после спектакля «Али-Баба и 40 разбойников» мальчик так просил маму: «Мам, давай не будем уходить отсюда». По-моему, лучшей похвалы театру не придумать.

Пары «он и она» сейчас не так часто бывают. Чаще приходят женщина с женщиной, это бросается в глаза. Раньше билеты в театр были более принятой формой ухаживания.

Я начинала с балкона, потом спустили в партер… Работала и в правительственной ложе. Конечно, о том, чтобы Ульянова или опоздавшее правительство не пустить, об этом речь не идет.

На партер ставят женщин покрепче, чтобы, если что, дать отпор настойчивым опоздавшим. Я там простояла много лет. В последние годы мой участок был на балконе. В партере ответственнее, и уборка там сложнее.
Сама все спектакли смотрю с удовольствием, мне не надоедает. Очень люблю «Дядюшкин сон», «За двумя зайцами».
У меня мама играла в молодости, поэтому и я в театре уже почти 34 года работаю. Я родилась в Маньчжурии. После революции мы оказались жителями Китая. Но нам разрешили вернуться на родину.

Алла Вадимовна КИРСАНОВА , главный администратор Театра имени Вахтангова, добавляет:

— Всегда есть ложка дегтя, которая перекрывает все остальное. К сожалению, это школьники. Они видели только районную дискотеку, и учителя, отправляясь с ними в театр, не объяснили, что они идут в отличное от дискотеки место. На балконе, даже в бельэтаже, собирается такой контингент, для которого в порядке вещей пить пиво, щелкать семечки, есть шоколад. Некоторые зрители любят порой заглянуть в служебные помещения, а мы охраняем покой актеров. И букеты на сцену стараемся передавать сами — бывают очень фанатичные зрительницы.

От публики, купившей самые дорогие билеты, мы терпим самое большое неуважение. Такие люди считают, что если они купили билеты дороже тысячи, то им здесь должны всё и все.

Вот и получается, что самые тяжелые зрители — богатые, школьники и обиженные жизнью старики, которые считают себя вправе скинуть негатив на гардеробщиц, на билетеров за то, что не могут купить дорогой билет в партер. Мы видим всех, под каждую группу надо подстраиваться, разговаривать на ее языке. Если человек привык, что у него дома домработница, он может так же относиться к моим девочкам, которых я потом успокаиваю. Иногда люди настроены сорвать спектакль: они понимают, что, если громко кричать, можно добиться своего.

Микроклимат в коллективе у нас сейчас хороший, и наше душевное спокойствие распространяется на зрителя. Мы принимаем на себя негатив людей, пришедших с улицы, а из зала все выходят уже умиротворенными.

Нина Михайловна АЛЕКСАНДРОВА , М.Х.Т. имени Чехова:

Брежнев сбежал на хоккей

— 25 лет я проработала в правительственной ложе во МХАТе имени Горького. В мои обязанности входили лифт, уборка лифта и ложи. Лифт поднимал на три этажа прямо в большую гостиную, потом в смотровую. Такой лифт остался, наверное, еще только в Большом театре.

Сотрудников Кремля из 9-го управления, сопровождавших высоких гостей в качестве охраны в походах в театр, называли «театралами». Был у них легендарный начальник — полковник Аракчеев. Хотя в последнее время высокие гости полюбили смотреть спектакли не в ложе, а в зале, в партере, охраны от этого не убавилось.

В чеховском М.Х.Т. высоких гостей принимают в «табаковской», бывшей правительственной ложе. Моя работа — проверять пропуска у посетителей ложи, принести чай или кофе в антракте. Сам Олег Павлович — скромный человек. Если он один смотрит спектакль, то просит отключить свет и идет в ложу в темноте, лишь бы никакой свет не попал в зал. Чтобы зритель не опаздывал, он задерживает спектакли порой до 20 минут, учитывая пробки на дорогах.

Премьерная публика — заметная: москвичи, театралы, банкиры. Публика обычного спектакля ровная. Главный вопрос: где буфет?
По опыту уборки, по характеру мусора мы можем многое сказать о публике. На ярусах раньше были одни семечки. Сейчас нет. Сейчас уже и бутылок от воды оставляют мало.

Я должна смотреть все спектакли и смотрю — что ж, меня спросят, а я как белая ворона. Но у меня есть любимые — «Амадей», «Последняя жертва», «Священный огонь».

В горьковском МХАТе (фурцевское здание, хоронили ее там, все Политбюро присутствовало) были свои хиты: «Три сестры», «Сталевары», «Так победим» с Калягиным — Лениным, «Господа Головлевы» Додина. Смотрели политики всё — и производственные пьесы, и классику.

Приехал как-то Брежнев на «Так победим». В этот же день шел важный хоккейный матч, а он был завзятый хоккейный болельщик. И вот он сидит, тишина в зале, все Политбюро в сборе. В середине спектакля Брежнев поднимается и выходит из ложи.
Актеры в трансе. А он посмотрел по телевизору матч и вернулся. Возвращается и спрашивает у Андропова во весь голос: «Что тут было?». Туговат был на ухо.

А «Турбиных» у меня в ложе как-то смотрел бывший князь. Посмотрел и сказал: «Передайте: никогда офицер не входил в гостиную с саблей, оставлял ее в прихожей». В театре приняли к сведению.

…До войны училась в балетной школе на Чистых прудах, все педагоги у нас были из Большого театра. Когда был день рождения Сталина в Большом театре, мы танцевали. Война пришла — кто ушел в Краснознаменный ансамбль, кто в ансамбль НКВД, кто в ансамбль пограничных войск, а мы с подружкой пошли в Московскую оперетту. На фронт вылетали с концертом, когда в Москве — каждый день в госпиталях давали концерт. Потом приходишь в театр — тренаж, вечером — спектакль.

Как вышла замуж, бросила оперетту, родилась дочка, потом сын, я стала с ним разъезжать. Ставила где-то на елках балетные кусочки, вела тренаж, на «подсадке» в цирке помогала — цирковой династии моего мужа уже больше ста лет. Александровы-Серж — слышали такую фамилию?

Вера ФРОЛОВА , администратор Центра имени Мейерхольда:

Зарплата? Как в «Макдоналдсе»

— Центр Мейерхольда — не репертуарный театр, и зритель зависит от спектакля. На «Монологи вагины» приходят по большей части молодые девушки, на спектакли Женовача — вежливые школьники и интеллигентные взрослые. Главное в работе билетера — приветливость и вежливость. Мы стараемся выглядеть аккуратно и улыбаться.

В театр попала случайно — учусь в экономическом вузе, но у меня музыкальное образование, в театр ходила еще с мамой. При приеме на работу был кастинг — выбирали внешне привлекательных студентов. У нас все студенты, но ни одного из театральных вузов. Даже будущие физики и математики есть.

Зарплата? Конкурирует с «Макдоналдсом». Но работа у нас приятнее.

Телефоны в зале уже давно ни у кого не звонят. В ЦИМ ходит много молодежи. Радует, что на спектакли студии Женовача ходит все больше людей. Что человек, посмотрев один спектакль, покупает билет сразу на другой.

Мы — слушатели первых реакций. Зрители делятся впечатлениями с нами. Ведь распирает же! Тем более все наши ребята располагают к общению. Но и срываются тоже на нас. Если не понравилось — мы виноваты.

У нас проходят съемки передачи «Линия жизни», у нас проходят фестивальные показы — и там публика тоже разная. Мы знаем, кого ждать на «Золотую маску», кого на NET, кого на «Новую драму». Народу все больше — вижу по гардеробу.

Сегодня безмолвные, но далеко не равнодушные наблюдатели нравов театральной публики, капельдинеры незаслуженно выпали из круга литературных героев и исторических персонажей. В ретроспективе капельдинер — неизменный участник анекдотов про поручика Ржевского и Рихарда Вагнера, допрошенный свидетель покушения на Петра Столыпина, конфидент признаний в «Фиалках по средам» Андре Моруа, наблюдатель перформансов Владимира Гиляровского.Уважайте капельдинера, и при случае он будет свидетельствовать в вашу пользу.

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
Узнать больше

важно

4 часа назад

В России число случаев COVID-19 превысило 6 млн

Подписывайтесь!

выпуск

№ 78 от 19 июля 2021

Slide 1 of 6
  • № 78 от 19 июля 2021

Топ 6

1.
Комментарий

Спустили урок По российскому образованию нанесен патриотический залп: теперь школьников будут учить любви к России на обязательной основе

views

499851

2.
Расследования

Приперли к шведской стенке Древесина с самой большой незаконной рубки леса в России уходила ведущему мировому производителю мебели – IKEA. Рассказываем, как

views

199757

3.
Комментарий

Изыми с глаз моих! Впервые в новейшей истории России началась массовая зачистка в книжных и библиотеках

views

146143

4.
Сюжеты

«Мы никогда не видели такой катастрофы» В Германии из-за наводнения погибли как минимум 80 человек, более тысячи — пропали без вести. Фото

views

130257

5.
Комментарий

«А если надо, закрывайте по уголовке» Кинчев защищает свободу даже тогда, когда она угрожает жизни

views

107962

6.
Расследования

На «Авроре» шапка горит? Создатели «ЭпиВакКороны» начали ребрендинг своего детища

views

83878

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera