25 августа из новостей мы узнали: упали два самолета. И подробностями о катастрофах изобиловали даже утренние новостные пятиминутки главных телеканалов, обычно рассказывающие о гигантских хот-догах и перемещениях по странам и весям чужих президентов. До середины дня ситуация развивалась на наших глазах: с прямыми репортажами, комментариями специалистов и даже с предположениями о захватах самолета. Потом — как отрезало, а к вечеру на экранах стали появляться официальные лица и говорить о «технических неполадках» и о том, что «черные ящики» сильно повреждены (хотя несколько часами ранее бодро рапортовали о их целости и сохранности).

Телевидение — зона подконтрольная, как и официальные лица. И уж если на наших глазах резко меняется информационная картина событий, можно сделать вывод: в руководстве страны была паника — нажать кнопку «выкл.» на госканалах просто не успели. Зато нажали потом.

Вообще всю поступающую информацию проверяют всегда и по нескольку раз: редакторы, выпускающие редакторы, шеф-редакторы… Но, помимо них, существуют и внештатные проверяющие, которые контролируют содержание новостей откуда-то сверху. Откуда и кто — знает лишь руководство, которое и спускает устные распоряжения вниз, выдавая за собственную инициативу и гражданскую позицию.

Чаще всего «рекомендуют» отказаться от употребления тех или иных выражений или подкорректировать «угол зрения»… И 25 августа двум главным каналам порекомендовали не употреблять в новостях слово «теракт». Чуть позже — рассматривать лишь «гражданские» версии происшедшего.

Сказано — сделано. Первый и второй каналы исправно обходят острые углы, даже наперекор той «картинке», которую показывают сами. Так продолжается и 26-го. А 27-го ситуация доходит до логического абсурда.

Каналы по-прежнему талдычат о «технической неисправности», хотя уже 26-го вечером официальные лица ФСБ выступают с заявлением о возможных терактах на борту самолетов. Информацию тут же передают агентства, радиостанции и интернет-порталы, а госканалы все это время продолжают выполнять указания, лишь во второй половине дня изменив тактику — кнопку «вкл.» им нажали с большим опозданием.

По словам одного из сотрудников службы информации Первого канала, пожелавшего остаться неизвестным, все указания выдавались устно, на бумаге их никто не фиксировал. И указание исполнялось так рьяно, что 27 августа в некоторых иностранных изданиях появилась информация о том, что заявления полпреда Яковлева о возможности взрывов госканалы вырезали, чтобы не упоминался «теракт».

На официальном сайте Первого канала в текстовом варианте всех новостей слово «теракт» за среду и четверг тоже не встречалось ни разу. Зато в пятницу утром появилось, но в связи… с событиями в Ираке, несмотря на уже сделанные заявления российских спецслужб.

На канале «Россия» — аналогичная ситуация. Как нам сообщили журналисты, вся информация тщательно редактировалась на предмет все того же слова «теракт», чтобы «не беспокоить» зрителей. Старались настолько, что в пятницу одиннадцатичасовой выпуск новостей начали с сообщений из того же Ирака…

Впрочем, словарные ограничения вводятся на телеканалах не только в экстренных случаях, и называется это не цензурой, а «борьбой со штампами», что иногда соответствует действительности.

Каждому новому сотруднику информационной службы канала «Россия» дают прочитать небольшую книжечку. В ней — все запрещенные слова. А их довольно много. Например, в эфире программы «Вести» второго канала вы никогда не услышите слово «труп», а также «шикарный» и «роскошный». (Правда, запрет дискредитировал Путин, написав в Суздале в книге для почетных гостей: «Шикарно, как и все на Руси». Пришлось журналистам поступиться принципами…)

На Первом канале прописанных ограничений нет, и каждая редакторская бригада устанавливает правила свои. Во время войны в Ираке из соображений политкорректности редакторы вычеркивали слова «коалиция» или «оккупационные силы». Ныне появилось еще одно указание; говорить и писать только «Чеченская Республика» и никак иначе…

На НТВ все лучше. У каждого ведущего свои собственные списки, составленные скорее из стилистических соображений. Например, не употребляют выражение «с раннего утра» или слова из уголовного жаргона. Название серьезной швейцарской фирмы Noga произносят с ударением на первый слог, в случае же с государством Нигер — наоборот, на второй.

В общем, чем дальше, тем язык телевидения становится более гибким. Во всех смыслах.