Бокас-дель-Торо на сцене «Олимпийского»

Б

лиже к концу вечера ведущий концерта «Последний герой» передал бразды правления одному из «выживших» — писателю Сергею Сакину (он же Спайкер), который тут же вызвал на сцену участницу, покинувшую остров на день позже него, — Анну Модестову. И, обращаясь к ней на «вы» (как подобает ведущему), спросил, не жалеет ли она, что главный приз достался не ей:

— Неужели Сакин не стоит трех миллионов?

— Пусть за меня ответит зал, — нашлась Модестова и выставила руку с микрофоном.

Зал неистовствовал: «Горько!». Видимо, в отличие от Аниной мамы зал счел, что хороший муж трех миллионов стоит!

Кто-то додумался в память об острове подарить молодоженам оцелота (для несведущих в зоологии: оцелот — нечто среднее между кошкой и ящерицей), который тут же обгадил новобрачного. Еще через несколько минут новобрачная с криком: «Моего мужа покусал зверь!» помчалась в сторону медпункта. Сакина спасли, оставив радоваться, что в качестве подарка не фигурировали дикая собака динго или обыкновенный крокодил.

Последний герой Одинцов, получивший-таки обещанные три миллиона, спел русскую народную песню и от переизбытка чувств прослезился. Деньги вручали не сундуком с миллионами (в том, который вы видели на экране, были не настоящие купюры, а их компьютерные «куклы»), а двумя пластиковыми карточками. Большо-о-й — метр на полтора, — чтоб все видели, и маленькой — где деньги лежат.

А сундук, немного потомившись среди прочего реквизитного хлама, уже к осени направится в новое путешествие со вторым призывом «Последних героев» то ли в Африку, то ли в Азию. Место действия руководство ОРТ еще выбирает, а заявки на участие уже идут потоками. И почти все «пролетевшие» герои первого призыва горят желанием повторить.