Электрички сдались. И уже в субботу на пригородном сообщении заработали прежние тарифы. Недовольные жители Подмосковья могут вздохнуть спокойно. «Московская виза» отменена.
Новые тарифы действовали всего две недели — с 15 января. Тогда по рекомендации правительства Подмосковья МЖД повысила проезд по одной зоне области
на 2,5 рубля — до 16,5.
А по рекомендации мэрии столицы объединила все зоны Москвы в одну с тарифом 26 рублей.
(Это, кстати, и назвали «московской визой».) Получилось: чтобы проехать из областной Перловки в соседнюю, столичную Лосиноостровскую, надо было заплатить 42,5 рубля — вместо 14,5 рубля как раньше.
Такая несуразица в тарифах всколыхнула массы: Общество защиты прав потребителей подало на железнодорожников иск, блоггеры размещали в своих дневниках баннеры протеста. Наконец, за завышенные МЖД тарифы пришлось извиниться первому заммэра столицы
Юрию Росляку. Тогда же,
3 февраля, он заявил, что неразбериха уже устранена. Впрочем, еще 3 дня кассы МЖД брали с пассажиров по «новым тарифам». Из-за чего многие добропорядочные пассажиры решили попросту не платить — а ехать зайцами.
Наблюдать «новых зайцев» отправился наш корреспондент.
С главным контролером белорусского направления Юрием Чесаловым я познакомился в последний день существования «московской визы». «Потрясающий психолог: лучшего специалиста по зайцам вы и не найдете», — говорил мне источник в РЖД, сопровождая к месту встречи с Чесаловым.
Это высокий, с военной выправкой человек. Юрий Чесалов стоял в зале ожидания Белорусского вокзала, лицом к витринам. Глаза смотрели куда-то вдаль. Возможно, выискивали потенциальных безбилетников.
— Что вы хотите увидеть? — спрашивает Юрий Чесалов.
— Хотелось бы побольше крови, — честно отвечаю я, — погони и, может быть, засад.
— Крови? — задумывается Чесалов. — Засад?.. Поймите, мы же не милиция, не имеем таких полномочий.
Совсем не секрет, что многие москвичи (и, конечно, подмосквичи) любят пользоваться проездом в электричках, не платя за него. И такая форма воровства пока не вызывает порицания в обществе. Ведь воруют зайцы на первый взгляд у государства (РЖД). Другое дело, что государство (РЖД) ежегодно включает материальный ущерб от безбилетников в стоимость тарифов.
Между тем подчиненные Юрия Чесалова, например, в среднем за день сдают по 5—7 тысяч рублей. А всего их на страже платного проезда белорусского направления — 85 человек. Не считая самого Чесалова, главного ловца зайцев. А он десятерых стоит…
Ранним утром в сопровождении еще двух кассиров-контролеров мы начинаем чес электричек. В половине десятого в вагонах заняты почти все сидячие места. Заходим в первый вагон.
Стоя в тамбуре, Чесалов изучает контингент.
— Казалось бы, все они добропорядочные пассажиры, — комментирует главный контролер. — Однако примерно 10 процентов тех, кто здесь, — хронические безбилетники. Они не платят из принципа, есть у них деньги, нет ли… И стоит мне зайти внутрь…
Чесалов заходит в вагон. И звонко кричит: «Так, уважаемые пассажиры, готовим билетики». В тот же момент с мест вскакивают человек десять и спешат к выходу в другом конце вагона.
— И стоит нам зайти внутрь, как эти 10 процентов тут же проявляются, — радостно заключает Чесалов.
Мы продвигаемся в глубь состава. «Картина, как видите, одинаковая, — говорит главный контролер. — Но появились и зайцы, так сказать, нового типа». На одного такого (точнее, такую) контролеры натолкнулись в пятом вагоне. Проезд отказывается оплачивать пышная дама в шубе.
— Значит, билета не имеется, — начинает разговор первый контролер.
— Мне проехать две станции, — с вызовом отвечает зайчиха. — А проездной, если что, дома.
— Билетик вы можете приобрести у меня, — не уступает контролер. — Правда, с наценкой за услугу.
— Разбежалась! Дома проездной, я же сказала.
— Тогда прошу вас покинуть поезд, а то придется…
— А то что? Тронешь меня?! Только тронь!
«А вы мне про засады! — вскрикнул Чесалов. — Мы даже дотронуться до безбилетника не можем! Сколько было случаев: спит заяц в пути, контролер пытается его разбудить — теребит легонько так за локоть. А этот потом пишет заявление в милицию о рукоприкладстве».
Таких безбилетников называют зайцами кризисной волны — «бегать им стыдно, а платить стало дорого».
— Это вполне обычные люди, жители области. У кого-то из них проблемы на работе, кто-то вообще ее лишился, долги опять же. Или очень много стало тех, кто мотается в Москву трудоустраиваться. Вот и не платят, а права качают.
Как говорят контролеры, из-за появления «московской визы» численность зайцев увеличилась. Хотя и не так сильно, как год назад, — из-за кризиса. Сейчас из-за роста тарифов перестали покупать билеты люди со средним достатком. И делают это они принципиально.
Примерно в середине состава, в тамбуре, сталкиваемся с мужчиной восточной наружности. В руках у него большая китайская сумка, на плече болтаются мочалки. Контролеры окружают его с обеих сторон.
— Ага! — говорит Чесалов. — Предъявляем проездной документ!
Азиат непонимающе хлопает глазами:
— Торгаш я, — удивленно говорит он. — Чё, не узнаешь?
— Так. — Чесалов глянул на торгаша нехорошим взглядом. — Не обилеченным ходите?
Торгаш молчит.
— И, наверное, еще без лицензии на торговлю? Идем сразу на два правонарушения?!. Ну и пассажир пошел!
«Ну и контролер…» — читалось в глазах азиата. Хотя вообще-то удивился и я. Ни разу не видел, чтобы у торгашей спрашивали билет. Да и лицензию на торговлю, надо сказать, тоже. Наверное, на белорусском направлении другие порядки.
Поезд останавливается на очередной станции. Мимо нашего вагона плотным потоком проносится толпа зайцев-перебежчиков. «Взрослые люди, в костюмах, пальто, а пожалуйста — бегают как дети», — замечает Чесалов.
— Ловить не будете? — спрашиваю я.
— А смысл? — удивляется Чесалов. — Поймаем, а платить ведь его насильно не заставишь… Наш человек, к большому сожалению, понимает только кнут. Вы же сами видите, как у нас сейчас все. У кого кнут — того и слушают, тому и платят…
