В отеле «Арарат Хаятт» шумно и людно. Привычная, располагающая к тихим перешептываниям и великосветским сплетням атмосфера нарушена — грядут большие перемены в правительстве Москвы.
«Лужков обречен, он не устоит. …Но кто вместо него? …Собянин — руководитель аппарата правительства. …А кто вместо Собянина? Говорят, Андросов, его зам. Ох, не к добру! …Давно пора!» — такие отрывки фраз доносятся из каждого угла уютного бара «Арарат Хаятта».
Постоянные посетители отеля, на время потерявшие свои привычные спокойствие и лоск, обеспокоены судьбой и карьерой: завтра кто-то из них вознесется вместе с новой командой, а кто-то пропадет со старой. Наши покровители — Весьма почтенный господин и Господин не менее почтенный — из последней группы. Они мрачны и попросили меня на время оставить их в покое, представив пока своему давнему знакомому из аппарата вице-премьера Ш. У него для меня есть важное сообщение.
— Скажите, а как вы добираетесь до работы? — огорошил неожиданным вопросом мой собеседник.
— На метро. Простите, а вы? — удивился я.
— Скромно с сопровождением, — действительно скромно улыбнулся приятный во всех отношениях молодой человек, который на предстоящие перестановки смотрел свысока своего статуса особо приближенного к Ш. — Не подумайте, что я глумлюсь, но скажите: как, по-вашему, можно ли из Подмосковья доехать до здания правительства минут так за 15—20?
— Не пойму, к чему эти вопросы? Зависит откуда и в какое время.
— Скажем, из Сколкова, время не имеет значения.
— Только если на вертолете.
— Вот и я так думаю и хотел вам об этом рассказать. Мой, — так приятный молодой человек называл своего начальника Ш., — обладает удивительным свойством. Он может за минуты в любое время доехать до правительства. Ни пробки, ни аварии, ни даже всемирный потоп ему не помешают. Я пытался понять, по какому маршруту движется его кортеж, но, к удивлению, не обнаружил самого кортежа.
— Мистика какая-то, — не поверил я.
— Всему должно быть объяснение, молодой человек. Я пытался его найти и пришел к неожиданному для себя выводу. Ш. не летает на работу на вертолете, его кортеж не всегда можно обнаружить на земле; спрашивается, как он ездит? Остается только одно — под землей.
— Что вы имеете в виду? — я начал подозревать своего собеседника в шизофрении.
— А вот что. Дача Моего находится недалеко от дачи покойного генсека Брежнева. Ш. вообще почитатель, так сказать, брежневской эстетики. Он недаром выбрал себе его кабинет на Старой площади, он собирает его реликвии, машины и место под дачу выбирал с намеком. Существует легенда, по которой якобы в советские времена для бывшего генсека вырыли секретный тоннель, чтобы он мог тайно и быстро выехать из Москвы. Тоннель, согласно легенде, ведет и к его даче. Вот я и подумал, а что, если Мой этот тоннель вернул к жизни и пользуется им в случае экстренной необходимости?
Я посмотрел на своего собеседника и подумал: «Если выдумывает, то точно шизофреник, а если правда… Нет, все-таки шизофреник».
— Так что, и Сколковскую школу для тoннеля финансировали? — нaугад спросил я.
— Вы можете не верить мне, — как будто угадал мои мысли человек из аппарата Ш. — Да я и сам, честно говоря, порой сомневаюсь. Но есть другая тайна, сомнений в которой нет. Вы спросите у своих покровителей, чем они так обеспокоены. Много интересного узнаете.
Я недоверчиво пожал руку на прощание своему собеседнику и присоединился к разговору Весьма почтенного господина и Господина не менее почтенного, обеспокоенных грядущими переменами в правительстве Москвы.
— Самое страшное, – говорил Весьма почтенный господин, — что полетят не только они, но и все, кто с ними в лодке. И нас это коснется в первую очередь. Тут уже не о карьере надо думать, а о том, как не попасть в места не столь отдаленные, понимаешь? Ты видел сюжеты о Московской области и ее бывшем министре финансов Кузнецове?
— Да, без отмашки сверху госканалы такое не показывают, — согласился Господин не менее почтенный. — Но ты тоже не паникуй. Чтоб с нами что-то сделать, нужна информация. В органах на нас ничего нет — это я точно знаю.
— Зато в другом месте есть. И в нужный момент всегда окажется там, где надо.
— Ты о чем?
— О комнате Иванова, директора ФСКН и бывшего кадровика администрации президента. Он не зря столько лет в КГБ и ФСБ отработал. Ты думаешь, тебя брали в аппарат, ничего не зная о твоем прошлом? Наоборот, они все знали, и твое прошлое для них – залог твоей сегодняшней лояльности. В нужное время все вспомнят. И не только тебе. Виктор Петрович за 8 лет в Кремле собрал материалы на все кадры. Целая служба искала для него и кропотливо подшивала мятые листочки, доносы, прослушки и фотографии.
— Господи, и где же все это хранится? — испуганно спросил Господин не менее почтенный.
— В Кремле. Я думаю, под постоянным наблюдением Высоцкого, советника управления президента по кадровым вопросам и госнаградам, — вздохнул Весьма почтенный господин.
Мои покровители надолго задумались и грустно потупили взоры. А мне пришла в голову мысль: «Если и есть где-то подтверждение секретному тоннелю Брежнева, которым пользуется вице-премьер Ш., то только там — в тайной комнате Иванова с тоннами компромата».
)
